НЕИНТЕЛЛИГЕНТНЫЕ ЛЮДИ

Декабрь в тот год выдался не просто холодный — суровый. Клящий мороз вырисовывал на окнах домов в новом микрорайоне Ясенево затейливые узоры. Люди готовились к наступающему Новому году — женщины несли целлофановые пакеты с разной снедью, мужчины тащили на плечах по-советски тощие елки — голландских в те уже далекие не завозили. Детвора, не обращая внимания на мороз, возилась во дворовых сугробах. Снег хрустел под ногами и был такой сухой, что даже не приставал к обуви. Район на Литовском бульваре был только что заселен, ближайшая автобусная остановка находилась в двух километрах, и студент — первокурсник Денис Кокарев перешел на спортивную ходьбу — холод жег ноги через тонкие подошвы ботинок «Скороход». День для Дениса был удачный — последний зачет сдан, родители собирались сегодня же уехать в Дом отдыха, квартира оставалась свободной, и ко всему Люська — красивая брюнетка со второго курса ясно дала понять, что может провести с ним завтрашний Новый год, а значит, остаться на ночь. Главное — позвонить ей, как договаривались, сегодня ровно в девять, когда начинается программа «Время», чтобы «забить» время и место, где он встретит Людмилу. Она была девочкой нарасхват, капризной, как и все красавицы и ради нее Денису пришлось даже отменить приглашения своим приятелям с курса. Приятелям в принципе все равно, где напиваться, а в их присутствие на «койку» рассчитывать было нереально. Денис живо представил себе «койку» с Люсей и невольно ускорил и без того быстрый шаг, почти перейдя на бег. Когда он входил в подъезд, уже ощутимо смеркалось.

Родители действительно заканчивали собирать чемоданы. Уж через час в дверь позвонили — это был таксист. Район еще не телефонизировали, поэтому водителю пришлось подниматься в квартиру. "Слава Богу, хоть лифты работают, а то бы кто поперся пешком на девятый этаж", — заметила денисова мама, всовывая руки в рукава шубы. — «Интеллигентных людей уже не осталось». Отец, уже в пальто, открыл дверь, заверил таксиста, что они сейчас спускаются и повернулся к Денису.

— Ну, мы с мамой поехали, будем пятого к вечеру. Смотри, чтоб порядок был в квартире, друзей не приводи, лучше сам в гости сходи на Новый год.

Денис согласно кивнул.

— С наступающим, сынок, — Денис подставил щеку для маминого поцелуя. — Будь молодцом, с друзьями много не пей, веди себя интеллигентно.

Денис развел руками — какие, мол, могут быть сомнения.

— И вот еще, — Денис подавил в себе нетерпение и приготовился слушать дальнейшие наставления. — Продукты в холодильнике есть, если не хватит — в морозильнике пельмени, денежка лежит на полке с книгами, если что, подкупишь еды. В общем, не пропадешь. Ну все, еще раз с наступающим!

Закрыв за родителями дверь, Денис сразу посмотрел на часы — было только полседьмого. До заветного звонка была еще уйма времени. Денис прошел в гостиную и включил телевизор на первой программе, чтобы не пропустить «Время». Шли «Знатоки». Денис устроился на диване под пледом — замерзшие ноги еще не согрелись. Томин был, как всегда, обаятельный, Знаменский скучный, Кирбит насмешливой. Денис не утерпел и снова взглянул на часы — прошло только десять минут. В принципе, можно было бы позвонить и раньше, но нужно было показать характер — красавицы одинаково не любят ни равнодушных, ни назойливых. Так что, делать было нечего, оставалось ждать условленного срока.

Проснулся Денис под известный с детства мотив — начиналась программа «Время». С экрана поздоровались дикторы, и только тут Денис сообразил — надо же бежать в телефонную будку звонить Люсе. Чертыхаясь, влез в холодные ботинки, накинул пальто без шарфа и выскочил за дверь. Оба лифта были заняты. Спускаться по лестнице было надежней, но долго, ждать лифта — рискованно, могли и мебель перевозить — народ еще вселялся. Денис выбрал путь более надежный — побежал по лестнице. Где-то на пятом этаже он остановился как вкопанный и стал шарить по карманам — не было двушки. На панели лифтов горели красные кнопки, Денис, проклиная себя за непредусмотрительность, помчался назад, перескакивая через ступеньку. По телевизору показывали уже не официальные хроники, какой-то второстепенный репортаж, когда, наконец, монетка нашлась в кармане отцовского пиджака. Лифты все также были заняты, и Денис снова полетел по лестнице, гулко гремя башмаками на весь подъезд. Выскочив на улицу, Денис на бегу взглянул на часы — было уже почти полдесятого.

У ближайшей телефонной будки на другом конце дома выстроилась очередь — человек пять. С неба сыпал белый горох, но ветер затих. Это было хорошо, потому что Денис впопыхах забыл одеть шапку.

— Кто последний? - запыхавшимся голосом спросил Денис.

— Ну я последний, — не очень дружелюбно отозвался мужчина в ушанке, перетоптываясь с ноги на ногу.

— Очередь быстро идет? — с надеждой спросил Денис у переставшего быть последним мужчины.

— Как же, -тот зло кивнул на будку. Там верещала какая-то старушка, из-за стекла на очередь смотрела болонка, стоявшая, очевидно на задних лапах.

— Да, еще не забудь сходить на почту, я тебе посылку отправила... сегодня какой день... ну значит в среду... — отчетливо доносилось из будки.

— Бабуля, тридцатое сегодня, причем декабря — не мая, — буркнул дядя с поднятым воротником драпого пальто, стоявший ближе всех к старушке.

— Что очень заметно, — ежась, поддакнула женщина неопределенного возраста в пуховом платке.

— Я уже здесь минут пятнадцать, она все болтает, — отозвался гражданин в очках и с чеховской бородкой из середины очереди.

— А я — вообще полчаса, не меньше. Скоро Карбышевым стану, — мужик с поднятым воротником сплюнул в сугроб.

— Да, разговорчивая бабушка, — присоединилась девушка в белой круглой шапке с помпончиком на макушке.

— Что? Что? Еще раз скажи, не очень хорошо слышно... да, из Москвы звоню, у дочки остановилась... что?

— К тому же она глухая, — сказало «пальто с воротником».

— А Вы постучите ей в стекло, пусть закругляется, — посоветовала дама в платке.

— Да, действительно, не в пустыне небось, — поддержал даму мужчина в очках.

— Бабуля, бабуля! — мужик с воротником постучал монетой по стеклу. Никакого эффекта не последовало, если не считать, что болонка тявкнула на «воротник», опустилась на все лапы и исчезла из поля зрения. «Бабуля» отвернулась в другую сторону и звуки стали приглушеннее. Все-таки Денис расслышал:

— Нет, вязаных носков не отправила, еще не кончила, последние петли остались... что?.. отправлю в новом годе... да, это Тошка лает...

— Вот вязаные носки мне бы сейчас не помешали, — покачал головой «Карбышев».

— Из этой самой Тошки хорошие бы носки вышли, — предпоследний стянул с головы ушанку и стряхнул накопившийся снег.

— Не кровожадничайте, мужчина, — весело возразила девушка с помпоном. — Может, это ее единственное любимое существо.

— У нее дочка есть, вы же слышали, — резонно заметил гражданин с очками.

— Любимое существо — это то, с которым она полчаса трендит, пока мы тут дубеем, — не менее резонно высказалась «ушанка»

— Мне как раз срочно звонить любимой девушке, — встрепенулся Денис. — Если можно, как она закончит, мне на одну секунду буквально...

— А что, бросит, если не позвонишь минута в минуту? — заинтересовалась «шапка» с помпоном.

— Ну... в общем, может. — не стал кривить Денис.

— Ты что, парень, мозги отморозил? Какая секунда, я полчаса, да больше уже тут как бобик! — от всей души возмутился «Карбышев»

— Действительно, всем на секунду, — решительно вмешалась дама в платке, на котором уже вырос приличный сугробик.

— Самый умный, наверное, — нехорошо пробурчала «ушанка»

— Эх вы, граждане, а как же любовь? — девушка была явно настроена в пользу Дениса.

— Вот ты свою очередь и уступи, — посоветовала «ушанка»

— А вот и уступлю. Молодой человек, я — за этой женщиной.

— Вот спасибо. Огромное спасибо. — Денис прижал руку к сердцу.

— Не поможет, — вернул всех на заснеженную землю очкарик. — Бабуся, по-моему, только разогревается.

Действительно, бабушка просила подозвать к телефону какую-то Архиповну. В нижнем окне снова показалась болонка и снисходительно оглянула очередь.

Дядя в ушанке перестал переминаться, зашел к будке со стороны бабушкиного лица и постучал, как в дверь, кулаком, потом скрестил руки, показывая — шабаш, мол. Эффект был вполне предсказуем — старушка повернулась лицом в первоначальную сторону, так что ее голос опять зазвучал вполне отчетливо.

— Да ты что? Опять запой? А доктор что? Ах вот, что... разводиться решила... ну и правильно, бросать надо алкашей энтих...

— Нет, ну вы посмотрите, — дама в платке всплеснула руками, так что с головы, как с елки, осыпался снег.

— Если про запой, это еще на полчаса, как минимум, — не без знания дела прокомментировала «ушанка».

— Кто тут крайним будет? — к очереди подошел пожилой мужчина в солидной дубленке и богатой лисей шапке. Денис посмотрел на девушку с помпоном.

— Я последняя, — девушка оставалось верной своему слову.

— Спасибо, -еще раз сказал Денис.

— От перемены мест общая сумма не меняется. А сумма равна нулю, — тоном ментора произнес «Чехов».

«Ушанка» достала пачку «Явы» и стал копаться в карманах в поисках зажигалки.

— Огонек найдется у кого-нибудь? — мужчина в ушанке хлопнул по карманам, как бы извиняясь за то, что его зажигалка куда-то запропастилась. Огонек нашелся у вновь прибывшего.

— Как вы можете курить на таком морозе? — поинтересовалась женщина в платке, начавшем опять скрываться под снежным наносом.

— А что?

— Да нет, ничего, просто холодной воздух попадает с никотином в легкие. Простудиться можно серьезно.

— Все там будем, — оптимистично подвела черту под дискуссией «ушанка».

— Причем скоро, — подал голос притихший было «Карбышев».

— Быстро продвигаетесь? — задал денисов вопрос мужчина в дубленке. Ответом был общий хохот. Мужчина вгляделся внутрь будки, верно оценил ситуацию и отправился восвояси.

— Отряд не заметил потери бойца, — еще не отсмеявшись, сказала «ушанка»

Видимо, хохот мешал и без того туговатой на ухо бабушке слышать своего абонента.

— Что — что? Говори громче, Архиповна, тут шумят... нет не машины... люди в Москве неантиллигентные...

— Ну бабуленция дает. Нас же еще и ругает, — с долей восхищения отозвался «Чехов».

— Бабушка, ну сколько можно, дайте людям позвонить, — попытала счастья дама в платке. Болонка снова тявкнула.

— А ты, Тошка, вообще заглохни. На носки пойдешь. — по-домашнему предупредил «Карбышев». Все опять засмеялись. Денис посмотрел на часы — шел одиннадцатый час. Девушка с помпоном участливо спросила:

— Тают шансы?

— Как лед на реке — с грохотом.

— Новый Год вместе собрались отмечать?

— Ага. А как Вы догадались?

— Ну, это просто. Сегодня уже встречаться поздно, значит договариваетесь на завтра, значит, на Новый год. А встречу на следующий год тридцатого декабря никто не устраивает — неизвестно, как праздники пойдут.

— Да Вы Шерлок Холмс просто.

— Нет, меня Лена зовут.

— Очень приятно, а я — Денис. В каком подъезде живете?

— В третьем.

— О! Мы с Вами соседи — я во втором. Жалко только, что на все подъезды один таксофон.

— Когда вас обещали телефонизировать? В следующем году?

— В конце года, да. Давайте, я тоже угадаю — Вы молодому человеку звоните, но только точно по времени не договаривались, да?

— Догадались наполовину — молодому человеку, но договаривались точно на десять.

— Тогда давайте, звоните в свою очередь, а то поздно уже.

— Ничего, пусть поволнуется.

— Это не гуманно.

— Зато полезно.

Милую беседу прервал «Карбышев».

— Ба-буш-ка!! — но это был глас вопиющего в снежной пустыне. Старуха начала говорить еще громче.

— Я лекарства энти не нашла... тута только говорят — все есть, а взаправду смотреть — либо нетути, либо страсть, как дорого... до-ро-го, говорю, тетеря ты глухая...

— Бабушка, я доктор, я хирург, я вам любые лекарства достану, если Вы сейчас из будки выйдете! — начал торговаться очкарик.

— Цианиду ей пропишите, — «Карбышев» смачно плюнул в сторону будки и пошел быстрым шагом в сторону первых подъездов.

Первой в очереди стала женщина в заснеженном платке.

— Нет, ну что с ней делать? Делать что-надо, мы тут околеем, — дама посмотрела почему-то на Дениса, хотя вперед него шел доктор. Но проблема решилась сама собой.

— Все, все, привет родне передавай, с праздниками поздравляй, а я — до дома, а то у меня Тошка замерзла, поди, — старушка открыла дверь будки и вышла к обомлевшей очереди.

— Ну разве так можно, бабушка? Тут люди час стоят, вмерзли в лед уже, а Вы — о собаке думаете. — укоризненно сказала дама в платке.

— Бабуся, это беспредел, — лаконизировала «ушанка».

— Шибко грамотные, что ли? Молоды ишо тут мне указывать, я всю жизнь проработала, а вы, бездельники, поговорить с родней не даете. А еще москвичи! Смотри, Тошечка, какие неантиллигентные люди в Москве живут. Пойдем, Тошечка, я тебя покормлю, замерзла чай вся... — старуха удалялась к ближайшему подъезду. Все смотрели ей вслед, даже женщина, которой уже можно было заходить в телефонную будку.

Когда Денис дозвонился до Люси — с третьего раза, так как Люсин телефон был безнадежно занят, пропустив и «ушанку» и Лену, было уже около одиннадцати. Как и следовало ожидать, Людмила уже договорилась встречать Новый год с кем-то другим. В конце равнодушного диалога Людмила решить добить Дениса упреком: «Интеллигентные люди звонят, когда условлено. Пока, Денисик, в следующем году звони.»

Дома Денис, клацая зубами от холода, достал из буфета отцовскую бутылку коньяка и отпил прямо из горлышка — для быстрого согрева. Горячая жидкость побежала по жилам и Денис подумал, что интеллигентность, как и коньяк, хороша только для внутреннего употребления.

2007


Купить книгу «Русский лабиринт»: фондиздат.рф

Нет комментариев
Добавить комментарий